Молодежь Казахстана: как жизнь в долг формирует финансовые привычки и риски для будущего

Экономист Руслан Султанов обращает внимание на тревожную тенденцию среди молодежи Казахстана: растущее число кредитов и привычка жить в долг. Он подчеркивает, что это не только проблема отдельных людей, но и угроза для экономики в целом.

Для многих молодых людей первый финансовый опыт уже не связан с накоплениями или инвестициями, а заключается в оформлении рассрочки за считанные минуты. Это создает опасную ситуацию, когда кредит становится нормой, а не исключением.

Кредиты перестают быть решением для экстренных ситуаций и становятся способом дожить до следующей зарплаты, купить новые гаджеты или оплатить отпуск. Общество начинает воспринимать это как норму.

Каждый второй казахстанец — с кредитом: что говорят цифры

Согласно данным Первого кредитного бюро, число людей с кредитами достигло 10 496 525 человек. При населении в 20 518 005 это означает, что кредиты есть у 51,2 процента жителей страны. Фактически — у каждого второго. Это ситуация, когда заемные деньги начинают заменять реальные доходы.

Экономика растёт, доходы падают: почему казахстанцы берут всё больше в долг

На фоне экономического роста в Казахстане, который составил 5,1 процента в 2023 году, 5 процентов в 2024-м и 6,5 процента в 2025 году, реальные доходы населения продолжают падать. Индекс реальной заработной платы ушёл в отрицательную зону.

Когда реальные доходы не успевают за инфляцией, долг начинает поддерживать потребление. Люди продолжают оформлять рассрочки и пользоваться займами, чтобы поддерживать привычный уровень жизни. Это создает иллюзию благополучия, но на самом деле является потреблением будущих доходов.

Займы до зарплаты молодеют: средний возраст заёмщика уже 33 года

По данным исследования Национального банка, средний возраст клиентов, оформляющих займы "до зарплаты", снизился с 36 лет в 2022 году до 33 лет в 2024-м. Средняя сумма таких займов возросла с 50,6 тысячи до 64,2 тысячи тенге.

Это сигнал для экономики: чем моложе заёмщик, тем выше вероятность, что кредит становится образом финансовой жизни. Люди, не имея накоплений или устойчивого дохода, входят в долговую модель.

PDL-кредит: экстренная помощь или образ жизни?

Займы "до зарплаты" должны были бы быть краткосрочным решением, но в 2024 году почти два миллиона человек получили хотя бы один PDL-кредит. При этом две трети из них уже имели обязательства по другим видам микрокредитов.

Таким образом, для многих людей заём "до зарплаты" стал частью повседневной финансовой модели. Около 30 процентов клиентов оставались в статусе PDL-заёмщика более шести месяцев в течение года, что указывает на то, что это уже не временная сложность, а образ жизни.

Чем опасна долговая модель для целого поколения

Главный риск заключается в том, что общество перестает считать долговую модель проблемой. Когда жизнь в кредит становится нормой, экономика входит в опасную фазу зависимости.

Когда долг становится нормой: 5 последствий для экономики

Долг меняет не только финансовое положение человека, но и его будущее. Чем раньше человек попадает в долговую модель, тем позже у него появляется собственный капитал:

• позже появляются накопления,
• позже приходит финансовая независимость,
• позже создаётся бизнес,
• позже формируются инвестиции,
• позже появляется устойчивый средний класс.

В результате страна может вырастить не поколение инвесторов и предпринимателей, а поколение постоянных заёмщиков.

Казахстан рискует вырастить поколение заёмщиков

Это особенно заметно по структуре последних лет, где расходы домашних хозяйств на конечное потребление оставались одним из ключевых драйверов экономики.

Фото: © Tengrinews.kz 

Если этот спрос всё активнее финансируется кредитом, возникает конструкция, при которой экономика ускоряется за счёт того, что население заранее тратит свои будущие доходы. Это не связано с производительностью труда или ростом благосостояния, а с расширением потребительского долга.

На коротком горизонте это создает рост, но на длинном — подрывает устойчивость системы. Каждая новая волна кредитов становится будущим ограничением. Чем больше доходов население направляет на обслуживание долгов, тем меньше остаётся пространства для формирования собственного капитала.

Экономика попадает в ловушку: чтобы поддерживать прежний уровень потребления и роста, требуется всё больше новых кредитов. Но чем выше долговая нагрузка, тем слабее становится база для дальнейшего роста.

Любое замедление доходов, рост безработицы, ускорение инфляции или ухудшение условий кредитования начинают бить не только по отдельным заёмщикам, но и по всей модели потребления. Поэтому нынешнее охлаждение кредитования не просто техническая мера Нацбанка.

Да, это замедляет спрос и болезненно для части бизнеса, но продолжение прежней модели было бы намного опаснее. Проблема заключается не в самих кредитах, а в том, что общество привыкает жить не за счёт созданного благосостояния, а за счёт постоянного доступа к новому долгу, что меняет экономическую культуру страны.

Такая модель может выглядеть успешной до тех пор, пока система не начнет ломаться. Пока люди способны занимать — рост продолжается. Но если экономика слишком долго поддерживает потребление через постоянное расширение долга, страна начинает проедать собственное будущее.

В итоге кредиты перестают быть инструментом развития и становятся механизмом, через который экономика скрывает отсутствие настоящего роста благосостояния. В какой-то момент целое поколение может войти во взрослую жизнь уже не с капиталом, а с долговой нагрузкой.

Это становится проблемой не только банков, но и будущего экономики Казахстана.